Долгополов. Часть 1: Рождение, обращение, оставление православия и суд

69
Долгополов. Часть 1: Рождение, обращение, оставление православия и суд
Владимир Андреевич Степанов
Владимир Андреевич Степанов

14.04.1959 (Ленинград)

Российский историк-исследователь и писатель, специализирующийся на истории евангельского движения в России. Автор книг и статей, посвященных восполнению «белых пятен» в этой области. Его работа включает архивный поиск, сбор свидетельств и написание фундаментальных трудов, таких как серия «Петербург евангельский».

Подробнее
«Память праведника пребудет благословенна» (Притчи 10:7)

Пресвитер Василий Иванович Долгополов (1850–1926)

Имя Василия Ивановича Долгополова (1850–1926) достаточно часто упоминается в историографии евангельского движения. В годы победоносцевских гонений он был послан петербургскими верующими в Закавказье, чтобы доставить материальную помощь ссыльным единоверцам. Чего стоит описание одного только эпизода той поездки, когда он был захвачен в плен горцами-разбойниками — и жизнь его висела на волоске! Об этом читатель еще узнает в подробностях, но этой историей не ограничивается интерес к его личности.

Василий Иванович Долгополов был благословенным духовным работником: одним из первых пресвитеров в движении пашковцев[1], поздней — правой рукой Ивана Степановича Проханова в осуществлении целого ряда больших евангельских проектов. Было время, когда указания общинам, как вести евангельское дело, исходило от них двоих[2]. Единоверцы отзывались о Долгополове как о «старшем брате»[3], а внешние источники — как о «главном миссионере» пашковцев[4]. Его служение высоко оценивали видные руководители евангельско-баптистского движения. Председатель Союза баптистов Н. В. Одинцов в 1926 году говорил публично[5]:

«Наиболее благословенными деятелями на ниве Божьей в России были <...> в Петербурге, кроме Пашкова, Корфа и Бобринского[6], высланных за свою ревность к делу Божию из России за границу, Долгополов, Иванов, Савельев и, в особенности <...> Каргель.

Председатель Всероссийского совета евангельских христиан-баптистов (ВСЕХБ) Я. И. Жидков, чье становление как духовного работника произошло в Санкт-Петербурге в среде пашковцев, писал в 1947 году, после посещения Ленинграда[7]:

«С жизнью Ленинградской церкви у меня связана половина моей жизни и служения. <...> Это — старейшая церковь, колыбель евангельского христианства в СССР. Она была славной рассадницей многочисленных церквей евангельского направления на великих пространствах нашей необъятной родины, и дала нашему братству ценные кадры виднейших работников на евангельской ниве. В самом начале существования этой церкви, в ее рядах с ревностью трудились Пашков, Корф, Бобринский, Черткова, Пейкер, а потом — Каргель, Долгополов, Алексеев, Иванов А. И. Брат И. С. Проханов, сладкий певец нашего братства, составивший сотни духовных гимнов, в течение двадцати лет подряд был ее бессменным руководителем.

Православный противосектантский миссионер Д. Боголюбов, внимательно изучавший евангельские церкви Петербурга, причислил Долгополова к «наиболее известным» проповедникам, поставив его в один ряд со столпами В. А. Фетлером, И. С. Прохановым, И. В. Каргелем и менее известными ныне Г. М. Матвеевым[8] и А. И. Ивановым[9].

Таким образом, очень разные и вместе с тем достаточно авторитетные люди называли Долгополова в числе наиболее известных и наиболее благословенных работников на евангельской ниве в России.

При всём при том автору не приходилось встречать исследований, которые были бы специально посвящены этой интересной и достойной внимания личности. До сих пор не было написано его биографии[10], что и стало целью настоящей работы. Замечу сразу, что труд оказался благодарным и позволил не только собрать сведения воедино, но и узнать много нового о жизни и личности этого замечательного служителя Божьего.

Рождение, семья, обращение к Богу

Долгополов родился, скорей всего, в 1850 году[11]. Согласно документам, он принадлежал к Колпинскому мещанскому сословию[12], что вызвало вопрос, поскольку известные адреса его проживания относились к Санкт-Петербургу. Ответ заключается в том, что по сведениям конца XIX века к Колпинскому мещанскому обществу было приписано 17 тысяч человек, из которых в посаде Колпино проживало только 2 тысячи[13].

Православный по рождению, Долгополов в 1880-е годы отошел от православия. Он обратился к Богу и учился евангельской вере, слушая проповеди Пашкова[14].

Долгополов был женат. Жену звали Екатерина Корнильевна (Корниловна). По сведениям, относящимся к 1892 году, семья Долгополовых была многодетной и имела 14 детей, причем три младших ребенка: Петр (1886 г. р.), Варвара (1888)[15] и Елена (1890), не были крещены родителями в православии. В 1886 году супруги Долгополовы последний раз исповедовались и причастились в Православной церкви[16].

Оставление православия (1889–1892)

Следуя новым убеждениям евангельской веры и голосу совести, Долгополовы в 1889 году подали письменное заявление на имя митрополита Санкт-Петербургского Исидора о том, что, оставаясь верноподданными Государю и Отечеству, они по убеждению, основанному на Словах Господа Иисуса Христа, не желают более оставаться членами Православной церкви[17].

По факту заявления Долгополовых, Санкт-Петербургской духовной консисторией[18] было заведено «дело о совратившихся из православия в ересь колпинских мещан Долгополова с женою»[19]. Последовал приказ Епархиального начальства от 22 марта 1890 года, предписывающий собрать сведения и представить их в консисторию, что побудило Долгополовых к отступлению от Православной церкви и к формальному о том заявлению Епархиальному начальству, к какой церкви или вероучению они считают себя принадлежащими и не замечены ли в распространении какого-либо лжеучения. Исполнение приказа было поручено настоятелю Введенской церкви на Петербургской стороне, протоиерею Перетерскому. Он должен был встретиться, побеседовать и собрать сведения о поведении, образе жизни и религиозно-нравственных убеждениях супругов Долгополовых, проживавших в его приходе по адресу: Большая Зеленина улица, дом 11. Беседа должна была сопровождаться пастырским увещанием и вразумлением оставить свое заблуждение[20].

При посещении Долгополовых священник задал вопрос, что побудило их к отступлению от Православной церкви и к подаче заявления Епархиальному начальству, на что получил ответ[21]:

«Мы поступили по убеждению своей совести. Письменное заявление пред митрополитом сделано с той целью, чтобы нас правительство не считало и не писало в числе православных, как это было доселе; чтобы некрещенную дочь /Елену/ и следующих детей, если таковые будут у нас, записывало правительство в статистику куда ему угодно, только не писали бы православными, ибо я совершенно отказываюсь от совершения крещения как этого ребенка, так и следующих.

По словам священника Перетерского, несмотря на обстоятельные разъяснения и тщательные увещания оставить заблуждения и возвратиться в лоно Православной церкви, Долгополов не раз во время бесед с энергией и твердостью заявлял, что ни он, ни жена никогда и ни за что не возвратятся и не отрекутся от своих настоящих религиозных убеждений, хотя бы пришлось им за это и пострадать[22].

Решение Духовной консистории (1892)

Рассмотрение дела Долгополовых шло небыстро. Прошло без малого два года, прежде чем в январский день 1892 года Первая экспедиция С.-Петербургской Духовной Консистории собралась для того, чтобы рассмотреть их дело и принять по нему решение. Было зачитано заявление Долгополовых, рапорт священника о их нежелании возвратиться в лоно Православной церкви, а также отзыв полицейского пристава. Последний документ интересен тем, что содержит характеристику Долгополовых. Жизнь они вели уединенную, скромную и были весьма трудолюбивы. Василий Иванович зарабатывал токарным мастерством по дереву, а жена вела домашнее хозяйство и занималась с детьми[23].

После этого была зачитаны статьи Закона[24]:

Ст. 36. Как рожденным в православной вере, так и обратившимся к ней из других вер, запрещается отступить от нее и принять иную веру, хотя бы то и христианскую.

Ст. 49. Кто уклонится в иную веру от православия, или жену свою православную принудит или попустит принять иную веру, или детей своих будет крестить в иную же веру, а наипаче ежели принудит или попустит, оставив православие быть в иной вере, тот подвергнется ответственности на основании постановлений Уложения о наказаниях.

Определение, принятое Духовной консисторией по делу Долгополовых, было[25]:

Приказали: Супруги Долгополовы отступив, вопреки закона, от Православной веры, позволили себе еще прислать Его Высокопреосвященству письменное заявление, о нежелании их оставаться членами Православной церкви, как бы тщеславясь своим незаконным поступком[26].

б) лица православного исповедания, отступившие от веры подлежат суду и

в) супруги Долгополовы, несмотря на снисхождение Епархиального Начальства, желавшего чрез пастырское увещание вразумить их в заблуждении, не только не восчувствовали своей вины, но даже, как пишет прот. Перетерский, с энергией и твердостью заявляли, что не возвратятся в лоно Православной церкви, то:

Мещанина Василия Иванова Долгополова и жену его Екатерину Корнилову, открыто заявлявших, в соблазн другим, об отступлении их от православной веры и постановлений церкви и не внявших пастырским увещаниям, преподанным им по распоряжению Епархиальных Начальств, предать суду в установленном порядке.

Это решение Духовной консистории было подписано несколькими священниками и завизировано викарием митрополита, епископом Нарвским Никандром. На основании принятого решения, 31 января 1892 года консисторией было составлено отношение на имя прокурора Санкт-Петербургского окружного суда для дальнейшего рассмотрения заявления супругов Долгополовых уже в судебном порядке[27].

Дело в Санкт-Петербургском окружном суде (1892)

Итак, Епархиальное начальство передало дело Долгополовых в окружной суд, который состоялся, скорее всего, в декабре 1892 года. На нем Долгополов был либо оправдан, либо наказан мягко, что позволило ему остаться в Петербурге. Это можно считать милостью Бога, поскольку в то время многие «сектанты» ссылались административно или по суду в Закавказье или Сибирь[28].

Окружной суд на Литейном
Здание Санкт-Петербургского окружного суда на Литейном проспекте.

Реальность такой угрозы нашла отражение в беспокойстве одного из руководителей евангельских верующих Петербурга Германа Фаста[29]. В письме от 27 декабря 1892 года он спрашивает жену: «Как кончилась история Долгополова?»[30], а уже в следующем письме его тревога сменилась удовлетворением, что видно из слов: «Я рад слышать, как в суде кончилось дело с Долгополовым»[31].

«Ни одно орудие, сделанное против тебя, не будет успешно; и всякий язык, который будет состязаться с тобою на суде, — ты обвинишь. Это есть наследие рабов Господа, оправдание их от Меня, говорит Господь» (Ис. 54:17). Это Слово Божие.

Также нельзя исключить, что кто-то из влиятельных лиц из числа пашковцев способствовал благоприятному исходу дела. В те годы заступническое служение петербуржских аристократов являлось отлаженным механизмом. Чаще всего такого рода помощь приходила со стороны графини Е. И. Шуваловой, иногда княгини М. Н. Щербатовой, барона П. Н. Николаи и др. Названные лица были вхожи во властные верхи и могли облегчить положение преследуемых братьев и сестер[32].

Ссылки

  1. Пашковцы — сообщество евангельских верующих с центром в Санкт-Петербурге, существовавшее с 1874 по 1920-й г. и явившееся одним из истоков возникновения евангельского движения в России. Начало движению положил лорд Г. Редсток в 1874 г. В последующие годы его возглавил В. А. Пашков, по имени которого оно и получило свое название от внешних наблюдателей. В наст. статье термин пашковцы используется как синоним термина евангельские христиане (евангелисты). Название пашковцы автор применял в основном к раннему периоду движения, а с 1908 г., когда пашковцы получили регистрацию под названием «С.-Петербургская община евангельских христиан», использовалось второе название.
  2. Руководящее положение Долгополова нашло отражение в документе МВД, затрагивающем положение евангельских христиан (ЕХ) г. Твери. В нем сказано, что их посещают служители из Кронштадта и СПб и что местные верующие руководствуются указаниями Долгополова и Проханова (Отношение И. д. Тверского губернатора, Вице-губернатора — в Департамент духовных дел МВД. 25.08.1910 // РГИА. Ф. 821. Оп. 133. Д. 237. Л. 101–102).
  3. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 102. Д. 35. Л. 578 об., 627–628.
  4. Две выписки из псковских газет // Утренняя звезда. 1910. 21 мая. № 21. С. 3.
  5. Одинцов Н. В. Состояние дела Божия в России. Доклад на Рижской групповой конференции баптистов 8 ноября 1926 г. в Zions-Kirche // Баптист. 1927. № 1. С. 20.
  6. По решению Особого совещания В. А. Пашков и М. М. Корф были высланы из пределов России. Остальные последователи — гр. А. П. Бобринский, Е. И. Черткова, кн. В. Ф. Гагарина, Н. П. Зиновьев, Н. Ф. фон Крузе — были отданы под надзор полиции (Половцов А. А. Дневник государственного секретаря. Т. 1. М.: Наука, 1966. С. 510). — Одинцов допустил неточность: Бобринский не был выслан, поскольку не был ни организатором, ни даже участником съезда 1884 г.
  7. Жидков Я. И. Посещение Ленинграда // Братский вестник. 1947. № 4. С. 27.
  8. Для историков остается загадкой, почему о Г. М. Матвееве, одном из ближайших соработников И. С. Проханова на протяжении многих лет (Тридцатипятилетний юбилей бр[ата] Григория Матвеевича Матвеева // Утренняя звезда. 1922. Июнь-август. № 6–7–8. С. 15–20), отсутствует какая-либо информация после 1923 г., хотя на 9-м съезде ВСЕХ он был избран товарищем председателя (Протоколы 9-го Всесоюзного Съезда Евангельских Христиан в Петрограде в 1923 году. Пг.: Издание ВСЕХ, 1923. С.4, 18, 23). Периодическая печать ЕХ, до 1923 г. регулярно упоминавшая имя Матвеева, в последующие годы хранит о нем молчание. Выяснить судьбу Г. М. Матвеева — хороший квест для современного цеха евангельских историков.
  9. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 102. Д. 35. Л. 579.
  10. О Долгополове отсутствует биографическая справка в «Истории ЕХБ в СССР» (М.: ВСЕХБ, 1989) и в двухтомной энциклопедии «Протестантизм» (М.: Эксмо, 2025). Скромные биографические справки, буквально в несколько строк и без указания лет жизни, имеются в: Савинский С. Н. История ЕХБ Украины, России, Белоруссии (1867–1917). Т. 1. СПб.: Библия для всех, 1999. С. 348; Нагирняк А. Справочник ЕХБ. Steinhagen: Samenkorn, 2025. С. 118.
  11. Год рождения В. И. Долгополова получен путем расчета. Во-первых, в архивном документе сказано, что в 1886 г. Долгополову было 36 лет (ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 5). Во-вторых, сам Долгополов в начале 1926 г. писал, что ему на тот момент было 75 лет. Это тоже указывает на 1850 г. р., так как пока день рождения в 1926 г не наступил, Долгополову было полных 75 лет (Долгополов В. И. Письмо к В. И. Быкову. Климовичи. 26.02.1926 // Фонд А. С. Морозова.).
  12. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 2, 4; Ф. 19. Оп. 92. Д. 23. Л. 51; Ф. 19. Оп. 94. Д. 73. Л. 1.
  13. Бурим Л. Д. Колпино. СПб.: Дмитрий Буланин, 2003. С. 52. — По мнению колпинского краеведа Л. Д. Бурим, возможно, родители Долгополова были колпинскими мещанами (Бурим Л. Д. Из личной беседы. 17.11.2005).
  14. Report of the Special Russian Emergency Committee. [1913]. P. 10.
  15. Петр и Варвара умерли во младенчестве (ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 4).
  16. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 5.
  17. Там же. Л. 4.
  18. Консистория (от лат. consistorium — место собрания, совет) — это административно-судебный орган управления епархией под руководством епископа, наиболее характерный для Русской православной церкви синодального периода (1744–1917).
  19. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 1–6.
  20. Там же. Л. 1–3.
  21. Там же. Л. 5.
  22. Там же.
  23. Там же. Л. 4; Верность. 1934. № 3–4. С. 17; ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 94. Д. 73. Л. 1.
  24. Закон т. XIV Уст. пред. прест. // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 5–6.
  25. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 5–6.
  26. Церковное начальство предположило наличие тщеславия в действиях Долгополовых, хотя подлинным мотивом была честность и желание поступить по убеждению совести.
  27. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 6.
  28. Приложения к Записке [Валькевича В. А.] о пропаганде протестантских сект в России и, в особенности, на Кавказе. [Тифлис: Канцелярия Главноначальствующего гражданской частью на Кавказе, 1900]. Прил. 5. С. 88–89; Степанов В. Пашковцы. СПб.: Библия для всех, 2023. С. 625.
  29. О Германе Фасте имеется биографическая статья в кн.: Степанов В. Пашковцы. С. 656–677.
  30. Приложения к Записке [Валькевича В. А.] о пропаганде протестантских сект в России и, в особенности, на Кавказе. Прил. 5. С. 87.
  31. Фаст Г. И. Письмо из Тифлиса к Е. Е. Фаст в СПб (пер. с нем.; извлечение). 03.01.1893 // Приложения к Записке [Валькевича В. А.] о пропаганде протестантских сект в России и, в особенности, на Кавказе. Прил. 5.
история Долгополов истории личностей

Долгополов. Часть 1: Рождение, обращение, оставление православия и суд

<div class="intro"> «Память праведника пребудет благословенна» (Притчи 10:7) </div> <div class="section"> <h2>Пресвитер Василий Иванович Долгополов (1850–1926)</h2> <p>Имя Василия Ивановича Долгополова (1850–1926) достаточно часто упоминается в историографии евангельского движения. В годы победоносцевских гонений он был послан петербургскими верующими в Закавказье, чтобы доставить материальную помощь ссыльным единоверцам. Чего стоит описание одного только эпизода той поездки, когда он был захвачен в плен горцами-разбойниками — и жизнь его висела на волоске! Об этом читатель еще узнает в подробностях, но этой историей не ограничивается интерес к его личности.</p> <p>Василий Иванович Долгополов был благословенным духовным работником: одним из первых пресвитеров в движении пашковцев[1], поздней — правой рукой Ивана Степановича Проханова в осуществлении целого ряда больших евангельских проектов. Было время, когда указания общинам, как вести евангельское дело, исходило от них двоих[2]. Единоверцы отзывались о Долгополове как о «старшем брате»[3], а внешние источники — как о «главном миссионере» пашковцев[4]. Его служение высоко оценивали видные руководители евангельско-баптистского движения. Председатель Союза баптистов Н. В. Одинцов в 1926 году говорил публично[5]:</p> <div class="quote-block"> <p>«Наиболее благословенными деятелями на ниве Божьей в России были <...> в Петербурге, кроме Пашкова, Корфа и Бобринского[6], высланных за свою ревность к делу Божию из России за границу, Долгополов, Иванов, Савельев и, в особенности <...> Каргель.</p> </div> <p>Председатель Всероссийского совета евангельских христиан-баптистов (ВСЕХБ) Я. И. Жидков, чье становление как духовного работника произошло в Санкт-Петербурге в среде пашковцев, писал в 1947 году, после посещения Ленинграда[7]:</p> <div class="quote-block"> <p>«С жизнью Ленинградской церкви у меня связана половина моей жизни и служения. <...> Это — старейшая церковь, колыбель евангельского христианства в СССР. Она была славной рассадницей многочисленных церквей евангельского направления на великих пространствах нашей необъятной родины, и дала нашему братству ценные кадры виднейших работников на евангельской ниве. В самом начале существования этой церкви, в ее рядах с ревностью трудились Пашков, Корф, Бобринский, Черткова, Пейкер, а потом — Каргель, Долгополов, Алексеев, Иванов А. И. Брат И. С. Проханов, сладкий певец нашего братства, составивший сотни духовных гимнов, в течение двадцати лет подряд был ее бессменным руководителем.</p> </div> <p>Православный противосектантский миссионер Д. Боголюбов, внимательно изучавший евангельские церкви Петербурга, причислил Долгополова к «наиболее известным» проповедникам, поставив его в один ряд со столпами В. А. Фетлером, И. С. Прохановым, И. В. Каргелем и менее известными ныне Г. М. Матвеевым[8] и А. И. Ивановым[9].</p> <p>Таким образом, очень разные и вместе с тем достаточно авторитетные люди называли Долгополова в числе наиболее известных и наиболее благословенных работников на евангельской ниве в России.</p> <p>При всём при том автору не приходилось встречать исследований, которые были бы специально посвящены этой интересной и достойной внимания личности. До сих пор не было написано его биографии[10], что и стало целью настоящей работы. Замечу сразу, что труд оказался благодарным и позволил не только собрать сведения воедино, но и узнать много нового о жизни и личности этого замечательного служителя Божьего.</p> </div> <div class="section"> <h2>Рождение, семья, обращение к Богу</h2> <p>Долгополов родился, скорей всего, в 1850 году[11]. Согласно документам, он принадлежал к Колпинскому мещанскому сословию[12], что вызвало вопрос, поскольку известные адреса его проживания относились к Санкт-Петербургу. Ответ заключается в том, что по сведениям конца XIX века к Колпинскому мещанскому обществу было приписано 17 тысяч человек, из которых в посаде Колпино проживало только 2 тысячи[13].</p> <p>Православный по рождению, Долгополов в 1880-е годы отошел от православия. Он обратился к Богу и учился евангельской вере, слушая проповеди Пашкова[14].</p> <p>Долгополов был женат. Жену звали Екатерина Корнильевна (Корниловна). По сведениям, относящимся к 1892 году, семья Долгополовых была многодетной и имела 14 детей, причем три младших ребенка: Петр (1886 г. р.), Варвара (1888)[15] и Елена (1890), не были крещены родителями в православии. В 1886 году супруги Долгополовы последний раз исповедовались и причастились в Православной церкви[16].</p> </div> <div class="section"> <h2>Оставление православия (1889–1892)</h2> <p>Следуя новым убеждениям евангельской веры и голосу совести, Долгополовы в 1889 году подали письменное заявление на имя митрополита Санкт-Петербургского Исидора о том, что, оставаясь верноподданными Государю и Отечеству, они по убеждению, основанному на Словах Господа Иисуса Христа, не желают более оставаться членами Православной церкви[17].</p> <p>По факту заявления Долгополовых, Санкт-Петербургской духовной консисторией[18] было заведено «дело о совратившихся из православия в ересь колпинских мещан Долгополова с женою»[19]. Последовал приказ Епархиального начальства от 22 марта 1890 года, предписывающий собрать сведения и представить их в консисторию, что побудило Долгополовых к отступлению от Православной церкви и к формальному о том заявлению Епархиальному начальству, к какой церкви или вероучению они считают себя принадлежащими и не замечены ли в распространении какого-либо лжеучения. Исполнение приказа было поручено настоятелю Введенской церкви на Петербургской стороне, протоиерею Перетерскому. Он должен был встретиться, побеседовать и собрать сведения о поведении, образе жизни и религиозно-нравственных убеждениях супругов Долгополовых, проживавших в его приходе по адресу: Большая Зеленина улица, дом 11. Беседа должна была сопровождаться пастырским увещанием и вразумлением оставить свое заблуждение[20].</p> <p>При посещении Долгополовых священник задал вопрос, что побудило их к отступлению от Православной церкви и к подаче заявления Епархиальному начальству, на что получил ответ[21]:</p> <div class="quote-block"> <p>«Мы поступили по убеждению своей совести. Письменное заявление пред митрополитом сделано с той целью, чтобы нас правительство не считало и не писало в числе православных, как это было доселе; чтобы некрещенную дочь /Елену/ и следующих детей, если таковые будут у нас, записывало правительство в статистику куда ему угодно, только не писали бы православными, ибо я совершенно отказываюсь от совершения крещения как этого ребенка, так и следующих.</p> </div> <p>По словам священника Перетерского, несмотря на обстоятельные разъяснения и тщательные увещания оставить заблуждения и возвратиться в лоно Православной церкви, Долгополов не раз во время бесед с энергией и твердостью заявлял, что ни он, ни жена никогда и ни за что не возвратятся и не отрекутся от своих настоящих религиозных убеждений, хотя бы пришлось им за это и пострадать[22].</p> </div> <div class="section"> <h2>Решение Духовной консистории (1892)</h2> <p>Рассмотрение дела Долгополовых шло небыстро. Прошло без малого два года, прежде чем в январский день 1892 года Первая экспедиция С.-Петербургской Духовной Консистории собралась для того, чтобы рассмотреть их дело и принять по нему решение. Было зачитано заявление Долгополовых, рапорт священника о их нежелании возвратиться в лоно Православной церкви, а также отзыв полицейского пристава. Последний документ интересен тем, что содержит характеристику Долгополовых. Жизнь они вели уединенную, скромную и были весьма трудолюбивы. Василий Иванович зарабатывал токарным мастерством по дереву, а жена вела домашнее хозяйство и занималась с детьми[23].</p> <p>После этого была зачитаны статьи Закона[24]:</p> <div class="quote-block"> <p>Ст. 36. Как рожденным в православной вере, так и обратившимся к ней из других вер, запрещается отступить от нее и принять иную веру, хотя бы то и христианскую.</p> <p>Ст. 49. Кто уклонится в иную веру от православия, или жену свою православную принудит или попустит принять иную веру, или детей своих будет крестить в иную же веру, а наипаче ежели принудит или попустит, оставив православие быть в иной вере, тот подвергнется ответственности на основании постановлений Уложения о наказаниях.</p> </div> <p>Определение, принятое Духовной консисторией по делу Долгополовых, было[25]:</p> <div class="quote-block"> <p>Приказали: Супруги Долгополовы отступив, вопреки закона, от Православной веры, позволили себе еще прислать Его Высокопреосвященству письменное заявление, о нежелании их оставаться членами Православной церкви, как бы тщеславясь своим незаконным поступком[26].</p> <p>б) лица православного исповедания, отступившие от веры подлежат суду и</p> <p>в) супруги Долгополовы, несмотря на снисхождение Епархиального Начальства, желавшего чрез пастырское увещание вразумить их в заблуждении, не только не восчувствовали своей вины, но даже, как пишет прот. Перетерский, с энергией и твердостью заявляли, что не возвратятся в лоно Православной церкви, то:</p> <p>Мещанина Василия Иванова Долгополова и жену его Екатерину Корнилову, открыто заявлявших, в соблазн другим, об отступлении их от православной веры и постановлений церкви и не внявших пастырским увещаниям, преподанным им по распоряжению Епархиальных Начальств, предать суду в установленном порядке.</p> </div> <p>Это решение Духовной консистории было подписано несколькими священниками и завизировано викарием митрополита, епископом Нарвским Никандром. На основании принятого решения, 31 января 1892 года консисторией было составлено отношение на имя прокурора Санкт-Петербургского окружного суда для дальнейшего рассмотрения заявления супругов Долгополовых уже в судебном порядке[27].</p> </div> <div class="section"> <h2>Дело в Санкт-Петербургском окружном суде (1892)</h2> <p>Итак, Епархиальное начальство передало дело Долгополовых в окружной суд, который состоялся, скорее всего, в декабре 1892 года. На нем Долгополов был либо оправдан, либо наказан мягко, что позволило ему остаться в Петербурге. Это можно считать милостью Бога, поскольку в то время многие «сектанты» ссылались административно или по суду в Закавказье или Сибирь[28].</p> <figure> <img src="/upload/medialibrary/3c6/k6o6ngx7gpzaofmsk14n5o19w9xr3kk9.jpg" alt="Окружной суд на Литейном" style="width:100%"> <figcaption class="figure-caption text-center mt-2">Здание Санкт-Петербургского окружного суда на Литейном проспекте.</figcaption> </figure> <p>Реальность такой угрозы нашла отражение в беспокойстве одного из руководителей евангельских верующих Петербурга Германа Фаста[29]. В письме от 27 декабря 1892 года он спрашивает жену: «Как кончилась история Долгополова?»[30], а уже в следующем письме его тревога сменилась удовлетворением, что видно из слов: «Я рад слышать, как в суде кончилось дело с Долгополовым»[31].</p> <div class="bible-verse"> «Ни одно орудие, сделанное против тебя, не будет успешно; и всякий язык, который будет состязаться с тобою на суде, — ты обвинишь. Это есть наследие рабов Господа, оправдание их от Меня, говорит Господь» (Ис. 54:17). Это Слово Божие. </div> <p>Также нельзя исключить, что кто-то из влиятельных лиц из числа пашковцев способствовал благоприятному исходу дела. В те годы заступническое служение петербуржских аристократов являлось отлаженным механизмом. Чаще всего такого рода помощь приходила со стороны графини Е. И. Шуваловой, иногда княгини М. Н. Щербатовой, барона П. Н. Николаи и др. Названные лица были вхожи во властные верхи и могли облегчить положение преследуемых братьев и сестер[32].</p> </div> <div class="section"> <h2>Ссылки</h2> <ol class="references-list"> <li>Пашковцы — сообщество евангельских верующих с центром в Санкт-Петербурге, существовавшее с 1874 по 1920-й г. и явившееся одним из истоков возникновения евангельского движения в России. Начало движению положил лорд Г. Редсток в 1874 г. В последующие годы его возглавил В. А. Пашков, по имени которого оно и получило свое название от внешних наблюдателей. В наст. статье термин пашковцы используется как синоним термина евангельские христиане (евангелисты). Название пашковцы автор применял в основном к раннему периоду движения, а с 1908 г., когда пашковцы получили регистрацию под названием «С.-Петербургская община евангельских христиан», использовалось второе название.</li> <li>Руководящее положение Долгополова нашло отражение в документе МВД, затрагивающем положение евангельских христиан (ЕХ) г. Твери. В нем сказано, что их посещают служители из Кронштадта и СПб и что местные верующие руководствуются указаниями Долгополова и Проханова (Отношение И. д. Тверского губернатора, Вице-губернатора — в Департамент духовных дел МВД. 25.08.1910 // РГИА. Ф. 821. Оп. 133. Д. 237. Л. 101–102).</li> <li>ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 102. Д. 35. Л. 578 об., 627–628.</li> <li>Две выписки из псковских газет // Утренняя звезда. 1910. 21 мая. № 21. С. 3.</li> <li>Одинцов Н. В. Состояние дела Божия в России. Доклад на Рижской групповой конференции баптистов 8 ноября 1926 г. в Zions-Kirche // Баптист. 1927. № 1. С. 20.</li> <li>По решению Особого совещания В. А. Пашков и М. М. Корф были высланы из пределов России. Остальные последователи — гр. А. П. Бобринский, Е. И. Черткова, кн. В. Ф. Гагарина, Н. П. Зиновьев, Н. Ф. фон Крузе — были отданы под надзор полиции (Половцов А. А. Дневник государственного секретаря. Т. 1. М.: Наука, 1966. С. 510). — Одинцов допустил неточность: Бобринский не был выслан, поскольку не был ни организатором, ни даже участником съезда 1884 г.</li> <li>Жидков Я. И. Посещение Ленинграда // Братский вестник. 1947. № 4. С. 27.</li> <li>Для историков остается загадкой, почему о Г. М. Матвееве, одном из ближайших соработников И. С. Проханова на протяжении многих лет (Тридцатипятилетний юбилей бр[ата] Григория Матвеевича Матвеева // Утренняя звезда. 1922. Июнь-август. № 6–7–8. С. 15–20), отсутствует какая-либо информация после 1923 г., хотя на 9-м съезде ВСЕХ он был избран товарищем председателя (Протоколы 9-го Всесоюзного Съезда Евангельских Христиан в Петрограде в 1923 году. Пг.: Издание ВСЕХ, 1923. С.4, 18, 23). Периодическая печать ЕХ, до 1923 г. регулярно упоминавшая имя Матвеева, в последующие годы хранит о нем молчание. Выяснить судьбу Г. М. Матвеева — хороший квест для современного цеха евангельских историков.</li> <li>ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 102. Д. 35. Л. 579.</li> <li>О Долгополове отсутствует биографическая справка в «Истории ЕХБ в СССР» (М.: ВСЕХБ, 1989) и в двухтомной энциклопедии «Протестантизм» (М.: Эксмо, 2025). Скромные биографические справки, буквально в несколько строк и без указания лет жизни, имеются в: Савинский С. Н. История ЕХБ Украины, России, Белоруссии (1867–1917). Т. 1. СПб.: Библия для всех, 1999. С. 348; Нагирняк А. Справочник ЕХБ. Steinhagen: Samenkorn, 2025. С. 118.</li> <li>Год рождения В. И. Долгополова получен путем расчета. Во-первых, в архивном документе сказано, что в 1886 г. Долгополову было 36 лет (ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 5). Во-вторых, сам Долгополов в начале 1926 г. писал, что ему на тот момент было 75 лет. Это тоже указывает на 1850 г. р., так как пока день рождения в 1926 г не наступил, Долгополову было полных 75 лет (Долгополов В. И. Письмо к В. И. Быкову. Климовичи. 26.02.1926 // Фонд А. С. Морозова.).</li> <li>ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 2, 4; Ф. 19. Оп. 92. Д. 23. Л. 51; Ф. 19. Оп. 94. Д. 73. Л. 1.</li> <li>Бурим Л. Д. Колпино. СПб.: Дмитрий Буланин, 2003. С. 52. — По мнению колпинского краеведа Л. Д. Бурим, возможно, родители Долгополова были колпинскими мещанами (Бурим Л. Д. Из личной беседы. 17.11.2005).</li> <li>Report of the Special Russian Emergency Committee. [1913]. P. 10.</li> <li>Петр и Варвара умерли во младенчестве (ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 4).</li> <li>ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 5.</li> <li>Там же. Л. 4.</li> <li>Консистория (от лат. consistorium — место собрания, совет) — это административно-судебный орган управления епархией под руководством епископа, наиболее характерный для Русской православной церкви синодального периода (1744–1917).</li> <li>ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 1–6.</li> <li>Там же. Л. 1–3.</li> <li>Там же. Л. 5.</li> <li>Там же.</li> <li>Там же. Л. 4; Верность. 1934. № 3–4. С. 17; ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 94. Д. 73. Л. 1.</li> <li>Закон т. XIV Уст. пред. прест. // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 5–6.</li> <li>ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 5–6.</li> <li>Церковное начальство предположило наличие тщеславия в действиях Долгополовых, хотя подлинным мотивом была честность и желание поступить по убеждению совести.</li> <li>ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 81. Д. 11. Л. 6.</li> <li>Приложения к Записке [Валькевича В. А.] о пропаганде протестантских сект в России и, в особенности, на Кавказе. [Тифлис: Канцелярия Главноначальствующего гражданской частью на Кавказе, 1900]. Прил. 5. С. 88–89; Степанов В. Пашковцы. СПб.: Библия для всех, 2023. С. 625.</li> <li>О Германе Фасте имеется биографическая статья в кн.: Степанов В. Пашковцы. С. 656–677.</li> <li>Приложения к Записке [Валькевича В. А.] о пропаганде протестантских сект в России и, в особенности, на Кавказе. Прил. 5. С. 87.</li> <li>Фаст Г. И. Письмо из Тифлиса к Е. Е. Фаст в СПб (пер. с нем.; извлечение). 03.01.1893 // Приложения к Записке [Валькевича В. А.] о пропаганде протестантских сект в России и, в особенности, на Кавказе. Прил. 5.</li> </ol> </div>

03.08.2026

Также смотрите

Долгополов. Часть 5: Москва, последние годы и итоги жизн

Последние годы Василия Долгополова: пресвитерство в Москве, работа в ОСРОГ, жизнь в Белоруссии и духовный портрет пашковского пресвитера.

Долгополов. Часть 4: Соработничество с Прохановым, ВСЕХ и поездки

Как Долгополов вместе с Прохановым легализовал общины, участвовал в создании ВСЕХ и совершал миссионерские поездки по России и Финляндии.

Долгополов. Часть 3: Служение в Петербурге и правозащитные инициативы

Служение Василия Долгополова в Санкт-Петербурге в 1890–1910 годах: проповедь среди пашковцев, сближение с баптистами и участие в правозащитных инициативах Проханова.